На своих двоих за тысячу верст

Возможно, кто-то думает, что в далеком прошлом, когда еще не было автомобилей, электричек и самолетов, россияне безвылазно сидели в деревнях и городах, в лучшем случае выбираясь в соседнее село в церковь или на ярмарку. Но это совсем не так.

Кухарничаем, плотничаем, мочалою торгуем!

Мобильность крестьян в царской России на самом деле была очень высока. Поражает их бесстрашная сезонная и многолетняя миграция на огромные расстояния. Иван Аксаков, публицист, сын писателя Сергея Аксакова, в 1844 году писал: «Я удивляюсь, как русский человек отважно отправляется на дальний промысел в места, совершенно чуждые, а потом возвращается на родину, как будто ни в чем не бывало».

В проблемном для земледелия нынешнем Шатурском районе отхожий промысел крестьян был сильно развит вплоть до 1930-х годов. Уходили на заработки в большом количестве плотники, а также работники на ткацкие фабрики, извозчики и разнорабочие. Устраивались на работы в Москву, Серпухов, Зарайск, Коломну, Владимир. А некоторые и того дальше — в Петербург, Нижний Новгород, Астрахань, Ростов-на-Дону...

Из Сборника статистических сведений по Егорьевскому уезду Рязанскй губернии (сегодня территория Московской области) за 1887 год мы, например, узнаем, что в Дерсковской волости 463 плотника уходили на заработки в Москву, Серпухов, Тулу, Тамбов, Пензу, Урюпинскую станицу, Петровск и другие места. Один мужчина из деревни Ворово плотничал в Таганроге, два человека из Самойлихи торговали мочалою в Москве, а один был конторщиком в Ярославле. Из Середниково уходили на промысел в Царицын, Царёв, Астрахань. Из деревни Терехово две женщины устраивались кухарками в Москве, две — на стеклянный завод в Новгородской губернии, 43 мужчины (плотники и два гончара) работали в Бронницах, Москве, Кашире. Из Новошино пять плотников уходили в Зарайск и Царицын, один слесарил в Петербурге, другой торговал мочалою в Уфе. Архангельская волость славилась печниками, торговцами и приказчиками, которые доходили в поисках работы до Ростова-на-Дону, трудились также в Воронежской, Тамбовской, Тульской Саратовской губерниях. Наиболее ушлые крестьяне осваивались даже в местах, которые сейчас являются заграницей. Так, крестьянин из Васюковской работал подрядчиком в городе Тараща на Украине, крестьянин из деревни Петровской содержал от себя легковых и ломовых извозчиков в Риге, а крестьянин из деревни Коробяты устроился приказчиком где-то в Польше.

Котомки — в телеги, сами пешком

Иногда в дальних краях отходники заболевали и даже умирали. Если они попадали в больницы, то в земство Егорьевского уезда приходили оттуда счета за лечение. В 1892 году в Ростове-на-Дону разразилась эпидемия сыпного тифа и в тамошнюю лечебницу попали несколько крестьян из Лекинской и Архангельской волостей.

Возникает закономерный вопрос: как же передвигались крестьяне-отходники на столь большие расстояния? Главным образом, пешком. Собравшись в группы шли с котомками на плечах, где размещался походный скарб и необходимая провизия, несли с собой инструменты. Иногда, скооперировавшись, нанимали подводы, но в телеги укладывались только котомки и продовольствие, сами же крестьяне шли пешком. Владельцы подвод не разрешали никому садиться на телеги и тем самым обременять лошадь. Если мастера были очень востребованы, сам заказчик работ мог обеспечить их транспортировку, прислав подводы. В начале XX века, когда уже получило развитие железнодорожное сообщение, многочисленные партии мужиков шли вдоль железнодорожного полотна. Так они избегали топких мест, бывших во множестве на обычной дороге, и несколько сокращали путь. Заработав достаточно денег, на обратном пути крестьяне могли позволить себе ехать по железной дороге в товарном вагоне-теплушке или даже в вагоне 3-го класса.

По материалам журнала «Шатурский край»